mary_spiri (mary_spiri) wrote,
mary_spiri
mary_spiri

Русский клуб в Токио

В мае 1993-го, получив большой грант от Японского Общества по Развитию Науки, я приехала работать в Японию, естественно с Ниной, и на этот раз не в Сендай, а в Токио.



Комамине-сенсей ушел на пенсию по возрасту из Университета Тохоку, в Японии в государстванных университетах очень строгие возрастные лимиты, и тут же был приглашен на большой пост в частный университет в Токио, под названием Японский Женский. Туда я и пришла на работу, и была совершенно потрясена разницей с моим предыдущим универом, проявляющейся буквально во всем: студенты - только женского пола, все из очень обеспеченых семей, почти все говорят по-английски, но большая часть - тупые до полного офигения (моего). Причем оценка их умственных способностей была не только моя: там же работала моя подруга Сакико, по ее оценке, нигде в Японии не найдешь столько красивых ножек в сочетании с таким ничтожным количеством мозгов. Комамине-сенсей, как я понимаю, очень ценил эту свою новую работу, ибо она позволяла ему играть роль свахи и находить жен своим одиноким умным бывшим студентам из Тохоку, и действительно, многие из них женились на девочках из Японского Женского Курятника (так мы с Сакико называли этот университет). Ибо мальчики из школы Комамине были хорошо пристроены по жизни (с его помощью), а девочки были хорошенькие и значит требовали особенно успешного жизнеустройства. Я же внезапно попала из топ-лаборатории с толпой умных людей вокруг в курятник, а вернее всего - попугайник, как в Московском зоопарке, где все птички разноцветные, но очень много тупого чирикания, шумно, и работать невозможно. Мы с Сакико какую-то работу правда наладили, но все же это было совсем не то, что раньше. Поэтому и времени я на работу стала тратить меньше - только рабочий день, а вечера и выходные проводить с Ниной дома, мой будущий японский муж жил тогда в Нагойе, и в Токио появлялся редко.

Несмотря на большую зарплату, денег у меня было чуть ли не меньше, чем раньше. Дело в том, что Японский Женский расположен около Медзиро в центре Токио, и жила я по соседству. Общаги у универа не было, и Комамине-сенсей снял мне обычную квартиру по соседству: гостиная/кухня и одна спальня. Hесмотря на то, что мой грант давал мне дополнительно около штуки зеленых на оплату жилья, в Токио этого не хватало, и я доплачивала из основной зарплаты еще почти столько же. Плюс в Токио снять квартиру непросто: в начале аренды ты платишь сразу три месячных ренты как благодарность хозяину (безвозвратно), еще одну - как благодарность агенту (естественно, тоже безвозвратно), и еще три - в качестве депозита, который тебе могут вернуть в конце аренды, если все в квартире будет чисто и цело. Т.е. приехав в Токио, я осознала, что должна Комамине-сенсею 10 штук долларов, их у меня естественно не было, и я стала их ему ежемесячно выплачивать по частям. К счастью, с помощью большой зарплаты, я с выплатами управилась за год. Однако же мы никак не могли позволить себе поездить по стране, по Азии в целом, и вообще пошиковать, надо было сидеть дома и копить деньги на выплаты.

Тут-то я и стала общаться с другими русскими в Токио, в основном, молодыми ребятами, я была чуть ли не старшей. Все они скучали по русской еде, любили ходить к нам в гости покушать. Типажи же были просто замечательные. Целая группа из них была с факультета вычислительной математики в МГУ. Будучи на четвертом-пятом курсе, они по конкурсу прошли на работу в некую японскую компанию, которая решила с помощью русских наконец-то научиться создавать нормальное программное обеспечение. Ребят привезли в Японию, если не ошибаюсь, человек 20, и на год поселили на юге, в раионе Нагасаки, погрузив их полностью в японоговорящую среду, чтобы они сначала выучили язык.  Довольно многие из них на этом сломались и уехали обратно в Россию. Жили они в деревне, никаких развлечений, кругом - мандариновые плантации, знаменитые во всем мире мандарины Сацума. Как ребята рассказывали, все местные речки и ручьи были в сезон покрыты слоем плавающих мандаринов, воды не было видно. И никто из ребят мандарины просто видеть не мог, столько они их съели. А кто не сломался на мандаринах, выучили язык вполне неплохо, и тут-то их японская компания обанкротилась, и ребят отпустили на все четыре стороны. Большая часть опять-таки уехала, либо обратно в Россию, либо в Америку, а остальные принялись устраиваться в Японии, причем вполне неплохо, программистами при Токийской бирже, во всевозможные японские компании. Это был типаж, знакомый мне по 57-й школе: умные интеллигентные мальчики, очень успешные и мотивированные.

Были и другие типажи: например, беглый банкир Кеша Граф. Он закончил химфак МГУ примерно лет на 5 после меня, будучи комсомольским работником. Когда началась перестройка, он быстро из комсомольских работников ушел в новые русские: "это многих славный путь..." В абсолютно обнищавшей и даже несколько голодной перестроечной действительности они жили, как при коммунизме, мерседесы, бани с девочками, сумасшедшие деньги, которые расшвыривались в одночасье непонятно на что, как Кеша рассказывал. Однако же был и минус: работа была опасная, стреляли друг в друга постоянно, причем не сами, а нанимали киллеров. По словам Кеши, смертность среди банкиров доходила до 15-20% в год, они были  расходный материал, всегда новые найдутся. Все эти переделки-перестрелки шли из месяца в месяц, и Кеша под давлением озабоченной мамы дал слабину, она его умоляла уехать за бугор, переждать и пережить это лихое время. А не то пристрелят. И вот, после лет так трех роскошной жизни в Москве, Кеша оказался в Токио, живя в общаге на стипендию в полторы штуки в месяц, студентом в одном из крупных знаменитых университетов. Денег других у него с собой не было, он, как многие вылезшие на поверхность новые русские, почему-то считал себя очень умным, думал, что он и в Японии денег себе заработает так же легко, как в Москве.  У него была какие-то связи, в Москве он неплохо знал Ирину Хакамада, и получил канал доступа с ее отцу-японцу, богатому бизнесмену в Токио. Но подход у Кеши был весьма для Японии неправильный, что кстати ему постоянно указывали ребята-программисты. Кеша японский почти не знал и толком не учил, считая, что английского достаточно, не знал и японского политеса, и каждый раз профукивал все свои шансы. Например, чуть не месяц добивался встречи с каким-нибудь крупным японским чиновником или бизнесменом, напрягая все свои контакты. А во время встречи снисходительно объяснял японцам, какой он, Кеша, великий человек, как он знает все ходы и выходы в России, и может им помочь сильно обогатиться, вкладывая деньги в великого северного соседа, если они, японцы, тут же начнут платить ему много-много иен и долларов как консультанту. И вообще, они ему уже должны денег за то, что он, Кеша, пришел на эту вот встречу. Результат был совсем не тот, что он ожидал, с лесницы его не спускали конечно, но денег не давали, и более с ним не встречались. Дальше все то же самое повторялось со следующим Кешиным контактом. Мне казалось, что Хакамада-старший Кеше покровительствовал для развлекухи, клоуна себе нашел, японцы иногда любят так вот поразвлечься за счет гайдзинов, особенно когда те сами просятся. Насчет инвестиций в Россию никто из них и не думал, это не соответствовало государственной японской политике, а японский бизнес всегда держит нос по ветру. В нашем Русском Клубе Кеша обожал жаловаться на жизнь (единственный из всех, остальные жили хорошо) и рассказывать эти истории, а остальные мальчишки тщетно пытались его наставить на путь истинный. Кеша еще года три болтался в Японии, уехать в Москву он сразу не мог, теплое место было занято, да и видимо враги оставались. А потом, все-таки вернувшись, устроился уже в чиновники, даже карьеру сделал, но далеко не такую блестящую, как раньше. Однако же бандитская пуля его в конечном итоге нашла, правда тоже уже не в порядке глобальной разборки, а по мелочи. Он нанял себе прислугу, какого-то нищего не то студента, не то мелкого бандюка, шоферить, выпивку-еду покупать и т.д. И в какой-то момент этот Кешин слуга его пристрелил, то ли Кеша с ним невежливо обошелся, то ли слуге захотелось покататься на Кешином мерседесе денек-другой. Причем поймали слугу сразу, у него мозгов не было хотя бы попытаться все сделать аккуратно, просчитать хотя бы на один ход вперед. Я прочла эту грустную историю в русском интернете году так в 2003...

Еще один замечательный типаж оказался будущим всего Русского Клуба, и от этого будущего я бежала, как черт от ладана. Это был молодой человек Митя, ужасно похожий на отрока Сергия с картины Нестерова, с большими чистыми огромными серыми глазами и льняными волосами. Весь его вид внушал глубокое доверие, и он этим виртуозно пользовался в целях самообогащения, по сравнению с ним Остап Бендер просто отдыхает. Приехал он тоже как студент (хотя давно уже студентом не был, закончил), и никак не хотел жить на скудную стипендию. Поэтому все свое время он тратил на подработки, но их надо было еще найти, все, что он мог, это преподавать русский язык. Надо отдать ему должное, японский он выучил быстро и хорошо, постоянно общался с японцами, при нем всегда состояло некоторое количество японских подружек. На одной из них он женился ради визы, а потом быстро развелся и женился на другой, у которой оказались богатые и важные родители. Но по началу ему надо было как-то найти уроки, и он отправился к японским мормонам. В Токио, как известно, есть абсолютно все политические течения, религии и ассоциации. Если что-то существует где-то, и в это что-то вовлечено несколько тысяч людей, то филиал этого чего-то можно непременно найти в Токио. Мормоны в Токио тоже есть, и японцы, и приезжие америнакцы, а мормоны, как известно, помогают своим найти работу и подработки, они обязаны помочь, и Мите помогли. Митя старательно ходил к мормонам молиться в течение года, изучать их религию, и получать контакты и работу. После чего мормоны начали на него давить, чтобы он крестился и официально стал частью общины. А в этом случае он уже должен был отдавать им 10% своих доходов. Митю это не устраивало, он пришел на церемонию собственного крещения, и в середине процедуры, глядя на них своими родниково- чистыми серыми  глазами, заявил, что он внезапно потерял веру, утратил этот важный стержень своей жизни, и поэтому не чувствует себя достойным присоединиться к мормонской общине. И отвалил от них навек, продолжая работать в нескольких языковых школах, куда мормоны его пристоили. Похожим образом он использовал русскую православную церковь, причем одновременно с мормонами,  только ему не надо было ни креститься (уже был крещен в детстве), ни отдавать десятину (дело добровольное). Он ходил на службы, оставаясь потом на обеды с батюшкой. А туда приходил весь бомонд русского Токио, включая старых эмигрантов (еще со времен КВЖД), новоприехавших, а также гастролеров: артистов, балерин, спортсменов, а позже даже и борцов сумо (один из них, очень известный, грузин, есть болгары). Гастролерам и новоприехавшим нужна была помощь, прежде всего языковая, перевести, помочь поторговаться, найти, где бы прикупить вещи и т.д. Митя был во всем этом большой дока, с батюшкой у него отношения были очень хорошие, тот Митю всем рекомендовал, как лучшего помощника. Все эти гастролеры не только давали Мите денег, но и помогали ему водить знакомых японцев на балет (который японцы обожают) по контрамаркам. Так что Митя скоро стал в Токио незаменим: всеобщий любимец, организатор, агент. Одна из его слабостей, а может сила, были женщины. Он очень любил общаться с русскими, украинскими и белорусскими девочками, привезенными в Японию для работы в барах. В принципе, они проститутками не были, их работа сродни традиционным гейшам: разговаривать с клиентом и его развлекать, постель в список утвержденных развлечений не входила. Но эти простые девочки совершенно не понимали Японию и японцев, было им скучно, неконфортно, жили в общаге друг у друга на головах, должны были ходить по струночке, с японской стороны их часто курировала японская мафия-якудза. Не то, чтобы над ними издевались или мучили, скорее просто все было не так, как они привыкли, вроде каторги, которую надо отбыть, чтобы бабки получить. Это все отлично описано у Вадика Смоленского в "Записках гайдзина", очень рекомендую, глава "Киевское динамо". Вот эти вот девочки совершенно заполонили наш Русский Клуб. Было их очень много, поэтому посиделки перенесли из наших тесных квартир в Русское посольство. А посиделки стали быстро превращаться в разудалую пьянку-гулянку, с песнями и рыданиями о своей несчастной доле. Я в какой-то момент почувствовала себя тем самым мавром, который сделал свое дело, и теперь может гулять смело, и отвалила.



Tags: japan and japanese
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments