mary_spiri (mary_spiri) wrote,
mary_spiri
mary_spiri

Цветочки - самое начало

Ура, снова начинается ежегодное счастье - открывается весеннее цветение в горах и долах любимого Тихоокеанского Северо-Запада. Цветение дикой природы мне доставляет особенную радость, хотя люблю все цветочки, включая нарциссы, гиацинты и прочие всевозможные весенние луковичные, которые распустились уже с неделю назад на соседских клумбах в нашем пригороде. В городе уже начали цвести деревья, магнолии, слива и даже ранняя сакура. А в дикой природе едва сошел снег, почки еще толком не начали распускаться, ранняя весна. Правда везде со страшной силой полезла ярко-зеленая молодая трава, дождей очень много и условия для ее роста идеальные.

Видимо дикие первоцветы мне столь радостны из-за детских воспоминаний. Я никогда не любила зиму, зимой замирала вся моя жизнь, особенно темными глухими вечерами. Вроде днем радостно катаешься на лыжах на солнышке, и тебе хорошо, а вечером едешь домой на автобусе или электичке, зябко до дрожи, тьма за окнами, сквозняк из двери, мрачные люди вокруг, и делается тошно, и твердишь про себя: "Люблю отчизну я, но странную любовью... Ее степей холодное молчанье, ее лесов безбрежных колыханье...", и не помогает. А тут весна приходит, и от запаха талой воды, а он везде, и в городе, и в лесу, просто сходишь с ума, зима прошла, все живы, и спячка закончилась. Хочется бродить все дни и вечера напролет, и тут уже неважно, если стемнело, все равно вокруг влажный ветер, под ногами ледяные лужи, на небе луна, и душа поет: "А снега-снега, почернев, осели, а угар-угар от земли весенний, то ль капель-капель, то ли сердца грохот, как теперь-теперь, хорошо ли, плохо ль?" Где-то я читала, что это все типично для северных народов, где люди, как медведи, зимой впадают в спячку. Вот только как-то не очень это все совпадало с моей кровью: половина еврейская, четверть - германо-венгерская. Видимо из русской четверти все шло. А давеча выяснилось, что митохондриальный геном у меня северо-европейский, с наибольшей плотностью родственников в Лапландии, это богатство досталось от единственной русской бабушки Нины. И теперь я знаю, что наша маленькая Ланочка тоже имеет лапландские митохондрии, как у местного Санты, ведь он на Рождество приезжает к нам на оленях из Лапландии. Пока маленькая на зиму реагирует положительно, снег обожает, в спячку не впадает. А мне по-прежнему зимой часто неуютно и зябко, и безумно хочется весны.

Так что с детства помню радость от первых цветочков, в Москве на пустырях и глинистых склонах оврагов первой расцветала мать-и-мачеха, я набирала домой целые букеты, пока мама меня не отговорила, что дикие не надо брать. А в лесу на даче распускались ветреницы (анемоны), пролески (печеночница), хохлатки и т.п., в свое время я их всех знала и много болталась по лесу по любимым местам на предмет полюбоваться. Собственно, когда я выросла, радость осталась, и дача всегда была любимым местом побродить, наши западные места (недалеко от Тучково) были совершенно дивные, и довольно дикие.

Потом была Япония - страна цветов, но об этом я уже не раз писала. Любование цветами было неотъемлемой частью повседневного быта. Нинина школа была по периметру обсажена сакурами, и весной я делала крюк по дороге домой от станции, чтобы обойти вокруг школы под бело-розовыми облаками. А азалии и рододендроны в Токио и в окрестных горах, ох! Даже зимой в Токио всегда цвели камелии, а в феврале распускалась слива. А вот с дикими первоцветами было плоховато, до них не доедешь, а в городе все окультурено, даже в парках.

Зато переезд на Тихоокеанский Северо-Запад снова дал мне возможность бродить по дикой природе (заодно показав, что это для меня очень важно). И тут выяснилось, что местные первоцветы совсем другие, не такие, как в Европейской части России. В районе Портланда, в восточной части ущелья реки Колумбия первая массовая волна первоцветов - это "соломенные вдовы" из семейства Ирисовых, Olsynium douglasii. Их тут целые бесконечные ковры, главное - это попасть вовремя, цветение продолжается пару недель, а дальше все.







А еще золотые звезды Crocidium multicaule,



и желтая фритиллария Fritillaria pudica.



Самые крупные - это кусты пустынной петрушки, тут их обычно два вида, желтенькая Lomatium grayi,



и пурпурная колумбийская Lomatium columbianum (название происходит от реки Колумбия).





Они одуряюще пахнут на солнце, и вырастают иногда до пояса. Пишут, что индейцы использовали ломатиум-петрушку, как антисептик, а современные ученые попытались выявить их антивирусные свойства. Якобы во время эпидемии гриппа-инспанки ломатиум помогал (чем не пишут), а в лабораторных опытах экстракты корней подавляли ВИЧ и ротавирусы, но все эти эффекты оказались невоспроизводими (как это знакомо!). Однако на всех веб сайтах, посвященных растениям, висят истерические призывы не заниматься самолечением с помощью корней ломатиума, ибо возможна куча побочных последствий из-за целого букета содержащихся там алкалоидов. Но вот сорвать листик, растереть в пальцах и долго нюхать необыкновенно приятно, сильный, резкий, пустынный запах с полынными нотками.

Ну и конечно уже цветут мелкие гвоздички и вечные камнеломки, у меня руки не дошли их снимать, обленилась я. Но раз сезон начался, скоро будет множество картинок цветов, я без них не могу.

За всем этим цветением мы поехали на Ручей Катерины, Catherine Creek in Columbia Gorge (сестра Катя, привет, я всегда на Катеринином ручье много и тепло думаю о тебе!). Mесто известно тем, что для прогулок оно пригодно 2-3 месяца в году, с марта по середину мая, и потом может где-то в ноябре. Все остальное время там дико жарко и сухо, вся трава сгорает на корню. А сейчас - дивные зеленые холмы, везде течет вода, лужи от растаявшего снега.







Редкие деревья - сосны Пондероза и огромные орегонские белые дубы Quercus garryana. И те, и другие смотрятся классно, очень красивые формы.







А под всей этой зеленью - бесконечные слои базальта, следствие вулканизма. случившегося 16 миллионов лет назад, Когда их размывает, получаются внушительные стены, а тут на ручье даже арка получилась.





Раньше под арку шла тропа, через нее можно легко пролезть наверх на плато.





Потом этот кусок тропы закрыли и загородили, пишут, что якобы это место оказалось священно для индейцев. Я там разок пролезла в прошлом году с папой, хотелось ему показать: http://mary-spiri.livejournal.com/50442.html



Наверху написано, что штраф будет $100, мы там были в будни, нам это не грозило, кругом никого не было, но больше пробовать не стану, я стала более законопослушна на старости лет, американская жизнь меня все больше портит. А наверх на плато можно попасть по обычной тропе, а потом долго идти по бесконечным зеленым склонам, иногда с неплохим уклоном. А весь маршрут-петля около 5 миль с перепадом метров 400-500.
Tags: day hikes, washington state, wildflowers
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 12 comments