mary_spiri (mary_spiri) wrote,
mary_spiri
mary_spiri

Categories:

Друзья юности: наша Маша

Мне всю жизнь везло на замечательных людей, которые делались друзьями и долго шли рядом, и от этого очень тепло. С некоторыми я знакома еще со школьных времен, они стали совсем родными, я знаю их родителей, семейные истории, знакома с их детьми, теперь еще и внуков начинаю узнавать. Большинство сейчас живут далеко, общаемся мы нечасто, в основном по телефону. В общем, я сама виновата, поселилась на отшибе, зато здесь так хорошо, что друзья иногда сами приезжают. И я четко знаю: наша дружба продолжается, мы друг о друге вспоминаем и думаем, надеемся увидеться, строим дальние планы. И ужасно больно, когда друзья внезапно уходят. Остается только память, и в отличие от песни Окуджавы, память с годами стынет, а горе замещается пустотой. И вот дырка в душе на месте человека, и жалко друга ужасно, и винишь себя, что не выбралась, не встретилась, не приехала, не повидалась, пока могла, а теперь поздно.




В конце марта ушла наша подруга Маша, внезапно во сне, в своем доме в Ливерпуле. Ушла за пару дней до моего папы, с которым она была хорошо знакома. В далекие года нашей молодости Машка в Москве жила неподалеку от папы, и часто, когда я приезжала в гости к Маше, мы с ней вместе шли к папе, и наоборот - с папой к Маше. Как и я, мои подруги на папу смотрели с восторгом, он был харизматичен и неотразим. И такой же стала Маша, как только прошла подростковый возраст. Она была редкостная умница, блестящий математик, и необыкновенно обаятельная женщина. У двух этих людей, которых я очень люблю, были и другие похожие черты. Оба разбирались в литературе и искусстве, имели хороший вкус и прекрасно читали стихи. Меня всегда забавляло, что оба очень любили Мандельштама, но всегда разные стихи.



И папа, и Машка были по-своему довольно закрытыми людьми, хотя друзей они любили всей душой, готовы были в любой момент утешать и выслушивать. Но сами старались свои проблемы решать сами, любая личная ситуация должна была ими быть прожита до логического конца, обдумана и разложена по полочкам, прежде чем она могла быть кому-либо рассказана. Папа делиться личными историями стал только в последние лет десять, когда мы с ним много ездили по Америке. С Машкой было проще, за долгие годы рядом ей стало легче открываться, но все равно, если она что-то из личного начинала обсуждать, это обычно означало, что все было уже взвешено, решено и обосновано. При этом и папа, и Маша были очень теплыми людьми, если они дружили, то на всю катушку, и готовы были расшибиться в лепешку, чтобы помочь. И в них все влюблялись, сразу, крепко, надолго, и всю жизнь гордились знакомством, дружбой, любовью. "Тех, которые ее любили, навсегда связала с ней судьба..."



Я с Машкой встретилась в 9-м математическом классе "В" 57-й школы, куда попала с большим трудом, так как не прошла собеседования по математике. Меня взяли по иниативе директрисы, чтобы разбавить математиков биологом. Как же мне солоно пришлось: рожденный ползать в математике летать не может. Маша летала, ей все давалось запросто, а я восхищалась, разинув рот, и гордилась тем, что я хотя бы понимаю то, что она делает. Позже я быстро перестала понимать, и тихо ушла в свою биологию. А дружба началась сразу, и так и шла дальше, пока мы обе жили в Москве. Вместе ходили в походы, начали еще в школе с Северного Кавказа, потом пошли байдарки, у Машиных родителей был старый "Луч", который мы активно использовали, а в свободное от походов время чинили в их гараже. Там же в гараже стояли бесконечные соленья Машиной мамы, которые нам разрешалось есть, они были безумно вкусны, особенно после полудня проклеивания Луча резиной из авиационных камер. На байдарках мы сначала пошли в Латвию, а на следующий год - в Архангельскую область. Маша совершенно великолепно плавала (много занималась в бассейне в детстве). В Латвии мы много купались в теплых озерах. И я помню, как плыву за Машкой, она двигается в воде, как тюлень, из прически у нее выплывают все шпильки, и копна золотисто-рыжих волос растекается по поверхности воды веером, как на картинах художников-романтиков. Позже она устала бороться с волосами и подстриглась, а мне было жалко той красоты.



Горы тоже не забывали: Кавказ, Тянь-Шань, Памиро-Алай. Машка была очень сильна, прекрасно ходила по горам и таскала огромные рюкзаки. Тогда же, еще учась на Физтехе, она выбрала себе науку океанологию на всю жизнь. И чем дальше, тем большее место наука занимала в ее занятиях. Потом я уехала в Японию, видела Машку только летом в Москве. В 99-м я переехала в Штаты, а Машка с семьей в Штатах оказалась в 2001. А с 2003-го начались наши недельные походы по горам Тихоокеанского Северо-запада. Первый поход получился из коротких кусков, в основном из-за погоды, которая была сильно дождливой. Сначала мы с Машкой вдвоем сходили вокруг Ледникового Пика. Поднялись к высокогорному озеру Бирн, оно было полно огромной голодной форели, когда мы купались, эти крокодилы кружились вокруг так, что даже страшновато становилось, что сожрут. А вечером забрались в горячий источник внизу по склону, это была просто выкопанная в земле яма метра в 2 глубиной (до дна было не достать, но легко донырнуть), смотрели на горные яркие звезды, пили вино, ели на двоих один принесенный с собой банан, и были совершенно счастливы.

А потом приехала наша третья подруга Марина, и мы втроем пошли на север, в район вулкана Бейкер.









Залезли на хребет и долго по нему пилили, любуясь обалденными видами и поедая горы дико вкусной черники. Машка даже мне сказала: "Знаешь, я большая патриотка, но не могу не сказать честно: американская черника вкуснее российской!". Дошли до обзорной вышки, где жил юный рейнджер необыкновенной красоты, американский поляк Анджей. Отдали ему все остатки сухофруктов и орехов, наш поход заканчивался. А рейнджер нас угостил самодельным хлебом с медом. Пошли дальше, вспоминая, как же рейнджер был красив! И хлеб пек! Вот фото, которое сделал этот рейнджер на наш фотоаппарат, а мы стоим, и ему улыбаемся.



А ночью пришел сильный шторм, ветер порвал молнию нашей старой палатки, и мы втроем ее держали руками, чтобы не намокнуть вконец. И потом пришлось резко ускориться, чтобы вернуться к машине без дополнительных ночевок. Но мы тогда были еще молоды и сильны.

Следующий поход состоялся в 2005-м на Паучий Перевал, три девицы: Маша, Марина и я, и мой папа. Было нам очень хорошо, и красота кругом была обалденная.



А в 2006 мы пошли в самое красивое место наших гор: перевал Каскадный, а там залезли наверх к леднику Сахале, где как на ладони - весь национальный парк Северные Каскады, красотища необыкновенная, незабываемая. Но и пилежка там тоже серьезная, не знаю, насколько смогу туда еще раз дойти.







А потом был ужасно мокрый и грибной поход 2007 года вокруг вулкана Эдэмс. За неделю до похода в горах на Алтае утонула наша общая любимая подруга Наталья. Мы с Машкой все время ее вспоминали и рыдали. А кругом росло дикое количество белых грибов, дождей много было, и год случился урожайным.









И рыдая, мы их собирали, жарили, и складывали в ставшие неподъемными рюкзаки. Пришлось в середине похода вернуться домой, сложить грибы в морозилку, и снова в бой. Но так как мы обе больше всего на свете любили сбор грибов, то остановиться не могли. Думали залезть на Эдэмс, даже поднялись так, что до вершины оставалось всего часа два, но решили спускаться вниз к грибам. Время было либо на одно, либо на другое, а грибы были для обеих важнее.



А жаря грибы, снова вспоминали Наталью, она тоже была любительница, и снова рыдали. А теперь пришел черед рыдать по Машке, и мне легче, что не одна плачу сейчас...

Был и еще один поход с Машей, папой и кучей друзей на Козьи Скалы.







И был поход на Трех Сестер в Орегоне.











И каждый раз для меня это было такое счастье - неделя с подругами. Пару раз я ездила к Маше, уже во Флориду, куда они перебрались по работе. А потом они уехали совсем далеко - в Англию. И я все собиралась туда доехать, но так и не собралась. И очень об этом теперь жалею. И снова плачу по близкому и преждевременно ушедшему человеку. "Со снопом волос твоих овсяных, отоснилась ты мне навсегда". И много нас таких, плачущих по Маше. А папа мой так и не узнал, что Маша ушла раньше него, и это хорошо. И остались ее дочка и внучка, жизнь будет продолжаться.
Tags: russia
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 44 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →